Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

 ***** 

П.В. Сафронов

    "Офицерами

                  становятся..."

А.М. Косых, майор запаса

БОЕГОТОВНОСТЬ, БЕЗАВАРИЙНОСТЬ,
ДИСЦИПЛИНА

    В сентябре 1986 года в ходе совещания у начальника политотдела генерал-майора Шевченко Н.И. рассматривалась подготовка к предстоящей отчётно-выборной кампании в партийных организациях воинских частей 4-го Центра БП и ПЛС (ФА). На нём же был подняты и некоторые кадровые вопросы.
    Так, в ходе делового обмена мнениями и конструктивного обсуждения по рекомендации политотдела мне (я в то время служил на полигоне «Ратчино» заместителем командира
по политчасти), предстояло возглавить партийную организацию 204-го ОБС и РТО (в/ч 10226), т.к. её секретаря, капитана Бацулина С.А., решили направить в авиационно-техниче-
скую базу.
  Разумеется, я вначале должен был встретиться с коммунистами батальона, познакомиться с ними, узнать о положении дел в партийной организации, возможных проблемах и нерешённых вопросах. Оказалось, что многие офицеры батальона мне знакомы, т.к. служили мы на одном аэродроме, часто встречались на различных сборах, собраниях, культурно-массовых мероприятиях, на спортивных соревнованиях.
    Но так получилось, что встретился я со своими избирателями лишь на отчётно-выборном собрании. Причиной столь позднего близкого знакомства с коммунистами батальона стала катастрофа 3 октября 1986 года в районе ЦКДП на аэродроме «Липецк-2» самолёта МиГ-29. Погибли люди, около сотни очевидцев трагедии получили ранения. Город Липецк и авиацентр погрузились в траур, горе пришло в семьи погибших… Из Москвы прибыла комиссия, которую возглавил главнокомандующий ВВС маршал авиации Ефимов А.Н.
    На партийном собрании меня коммунистам части представил начальник штаба 4-го Центра БП и ПЛС (ФА) генерал-майор Мелешков Н.В. Собрание прошло без «отклонений», т.к. коммунисты батальона увидели во мне не «засланного казачка», а профессионального политработника со значительным опытом работы.
    Следует отметить, что выпускники Курганского Высшего военно-политического авиационного училища, которое я окончил в 1976 году, к этому времени сумели завоевать заслуженный авторитет в войсках. И это не случайно, ибо нас готовили по программе партийно-политической работы, охватывающей все подразделения частей, обеспечивающих полёты авиации Вооружённых сил СССР. Мы изучали авиационную технику, средства связи и РТО, их устройство и обслуживание, вооружение, автотранспорт, организацию проведения полётов, – всего не перечислить. И если во время обучения мы считали, что чересчур много времени уделяется всем перечисленным предметам, то в дальнейшей службе я убедился, что всё, чему меня учили, оказалось весьма важным и полезным.
    Фундаментальная подготовка позволила быстро находить общий язык с лётчиками и специалистами ИАС, связистами, представителями тыла. Иногда приходилось даже вместе с ними устранять неисправности в отказавшей технике.
    В процессе работы я начал знакомиться с личным составом. Приятное впечатление своей открытостью и доброжелательностью произвели на меня командир в/ч 10226 подполковник Верстаков В.В., его заместители майоры Астахов В.А., Бабенко А.И., Пукин О.М., Шелякин В.В., а также начальник штаба майор Белобрагин Ю.Ф.
    Как мудрые руководители и опытные воспитатели личного состава, показали себя также командиры рот майоры Бирюлин Л.А., Яровой Е.М., Назаров Ю.А., Бардокин А.А.
Надёжной опорой в работе стали для меня члены партбюро коммунисты Пукин О.М., Мухин А.А., Цыпляков И.Г., Михеев В.А. и, конечно, заместители командиров подразделений по политчасти Анкудинов А.В., Кондратьев В.П. и Свиридов В.В.
    Особо следует сказать о заместителе командира в/ч 10226 по политической части майоре Бабенко А.И.
    Не скрою, у меня с ним были разные подходы к проведению партийно-политической работы, но мы прекрасно понимали друг друга в решении триединой задачи: повышение боеготовности части, обеспечение безаварийности полётов, укрепление воинской дисциплины.

    Деятельность политработника отчасти напоминает работу штурмана, который и путь укажет, и вовремя предупредит об отклонении от курса, и предостережёт об опасности. Политработник не вмешивается в профессиональную деятельность специалистов, его долг – помочь в решении вопросов материально-технического снабжения воинской части, позаботиться об организации быта и досуга, не уклоняться от решения семейных и других житейских дел.
    В решении всех этих вопросов я всегда находил поддержку со стороны комсомольской организации (секретарь бюро ВЛКСМ старший лейтенант Шашкин Б.М.), жилищной комиссии (майор Цыпляков И.Г.), женсовета (Косых Л.А.).
    Во время обеспечения полётов находился на объектах, где с большим напряжением сил работали наши специалисты (очень сожалею, что всех перечислить не могу). Назову лишь самых грамотных, «рукастых»: капитана Рыбкина В.А., прапорщиков Игнатенко Н.В., Самошина А.Е., Водопьянова А.В. (наш бессменный руководитель художественной самодеятельности), Попко П.И., Родионова В.В. (до сих пор помню его стихи).
    На работу дружного и сплочённого коллектива существенно не отразилась даже частые смены командиров части. За несколько лет ими были подполковники Верстаков В.В., Павлов Н.Н., Астахов В.А.
    Мой батальон не забуду ещё и потому, что он «заразил» меня зимней рыбалкой. Тогда вместе с «командой» в составе Пукина О.М, Бирюлина Л.А., Мухина А.А., Белобрагина Ю.Ф. мы часто выходили на лёд. Разумеется, от рыбы не отказывались, но главный «улов» – это бодрое настроение, радость от общения с товарищами, отдых на природе.

    

    В 1988 году батальон оказался настолько загруженным по службе различного вида нарядами, что об этом мне пришлось говорить на партийной конференции Центра. Для иллюстрации выступления была подготовлена красочная схема-плакат. Во время перерыва ею заинтересовались даже начальник Центра генерал-лейтенант Бобровский А.И. с начальником штаба генерал-майором Мелешковым Н.В. Они долго и с явным интересом изучали наглядный результат нашего коллективного творчества.
    Весьма трудно представить современную армию без связи. Во время моей службы узел связи поддерживал надёжную телефонную и телеграфную связь между штабом и исполнителями. Казалось, что тогда мы достигли предела совершенства, но технический прогресс совершил новый виток…
    Время моей службы (1986-1989 г.г.) запомнились чередой бесконечных перестроек, поиском новых форм и методов работы с личным составом… Были и явно абсурдные указания о том, кто «перестроился» и на сколько процентов!
    А пресловутая борьба с пьянством, которая оказалась очередной «пустышкой». Ожидаемого результата не добились, а сколько пострадало людей, потерявших работу, лишившихся званий и должностей!
    Вспоминаю «безалкогольную» свадьбу нашего сослуживца Попова А.С., когда пили «чай» из самовара и веселились на свадьбе по-настоящему, от души.
    Но осадочек в душе оставался горьковатый, вроде бы мы воровали яблоки из чужого сада…. Жизнь, в которой желаемое часто выдавалось за действительное, есть чистейший самообман. Но самое мерзкое занятие – разборка семейных и бытовых конфликтов. Считаю, что этим должны были заниматься суды, женсоветы, но не командование и политработники.
    Одной из главных задач, стоявших перед партийными органами всегда была борьба за чистоту рядов коммунистов, выявление протекционизма и кумовства, приписок, фактов хищения социалистической собственности.
    К сожалению, после развала СССР и запрета деятельности партийных органов, эти явления в армии и на флоте стали повсеместными…
    В 1988 году я поступил на заочное отделение Московского социально-политического института (ранее – ВПШ) которое ранее уже успешно закончил майор Бабенко А.И.
    В 1989 году мне было присвоено воинское звание майор и осенью этого же года мне предложили продолжить службу в ЗГВ.
    В завершение моих кратких воспоминаний, хочется поблагодарить за совместную службу всех офицеров, прапорщиков и служащих СА, с которыми я встретился на своём армейском пути. Извините великодушно, что не всех назвал поимённо, но в моей душе и памяти три года службы с вами оставили самый яркий след.